Poe3 (poetry) Поетри

Антология шедевров русской поэзии

Последние комментарии

Нелепое заблуждение, что богатый жизненный опыт необходим для литературного творения. Этот опыт отни...
Поэты Красного века оказались в нелепой ситуации. Им платила власть, которую они по своей поэтическо...
Гость - Петр
J расстреле Николая Гумилева
http://www.rosbalt.ru/piter/2014/12/06/1345506.html
Вот как-то образ Окуджавы не сочетается ни с Сантой, ни с Чукоколой... Очень жесткий, точный поэт. О...
Определение свободы. Первые строки помнят все:
Свобода —
это когда забываешь отчество у тирана...
...

Два города

Я, как поезд,
что мечется столько уж лет
между городом Да
и городом Нет.
Мои нервы натянуты,
как провода,
между городом Нет
и городом Да!

Все мертво, все запугано в городе Нет.
Он похож на обитый тоской кабинет.
По утрам натирают в нем желчью паркет.
В нем диваны — из фальши, в нем стены -
из бед.
В нем глядит подозрительно каждый портрет.
В нем насупился замкнуто каждый предмет.
Черта с два здесь получишь ты добрый совет,
или, скажем, привет, или белый букет.
Пишмашинки стучат под копирку ответ:
«Нет-нет-нет...
Нет-нет-нет...
нет-нет-нет...»
А когда совершенно погасится свет,
начинают в нем призраки мрачный балет.
Черта с два -
хоть подохни -
получишь билет,
чтоб уехать из черного города Нет...

Ну, а в городе Да — жизнь, как песня дрозда.
Этот город без стен, он — подобье гнезда.
С неба просится в руки любая звезда.
Просят губы любые твоих без стыда,
бормоча еле слышно: «А,- все ерунда...» -
и сорвать себя просит, дразня, резеда,
и, мыча, молоко предлагают стада,
и ни в ком подозрения нет ни следа,
и куда ты захочешь, мгновенно туда
унесут поезда, самолеты, суда,
и, журча, как года, чуть лепечет вода:
«Да-да-да...
Да-да-да...
Да-да-да...»
Только скучно, по правде сказать, иногда,
что дается мне столько почти без труда
в разноцветно светящемся городе Да...

Пусть уж лучше мечусь
до конца моих лет
между городом Да
и городом Нет!
Пусть уж нервы натянуты,
как провода,
между городом Нет
и городом Да!


1964
Добавить комментарий

Люди, участвующие в этой беседе

  • Из интервью Бродского Элизабет Маркштейн 1972 года - "Евтушенко - "поэт очень плохой", а "человек он еще худший", "это такая огромная фабрика по воспроизводству самого себя.. Но он гораздо лучше с моей точки зрения, чем Вознесенский", потому что у него "есть стихи, которые, в общем, можно даже запоминать, любить". "А вот с Вознесенским у меня всегда одна и та же история - мне просто делается физически худо. То есть когда ты видишь его стихи - это нечто оскорбительное для глаз..."